«Говорящая бумага». Принцип, позволивший бумаге звучать

Воспроизведение представляло собой обратный процесс. Бумажная лента с нанесенной фонограммой пропускалась через считывающее устройство. Мощная лампа направляла поток света на эту ленту, а отраженный свет фокусировался при помощи параболического зеркала и попадал на фотоэлемент. Колебания светового потока, вызванные зигзагами на бумаге, преобразовывались фотоэлементом в колебания электрического тока. Этот слабый сигнал затем усиливался и поступал на громкоговоритель, который и воспроизводил записанный звук.

Ключевым преимуществом такого подхода была долговечность носителя. Поскольку считывание происходило бесконтактно — луч света не царапал и не изнашивал бумагу — фонограмма могла проигрываться сотни раз без ухудшения качества. Кроме того, бумажная лента была несравненно дешевле и доступнее, чем грампластинки или целлулоидная пленка. .    >>>

«Говорящая бумага» Технология, опередившая свою эпоху

«Говорящая бумага» обладала рядом уникальных преимуществ, которые и сегодня выглядят революционно. Наиболее значительным из них была легкость тиражирования записей. Готовую фонограмму можно было размножить в любой типографии полиграфическим способом, как обычную газету или книгу, причем каждая копия была тождественна оригиналу без малейшего ухудшения качества. Это открывало фантастические перспективы для массового распространения музыки, литературы и учебных материалов.

Существовал даже экзотический, но технически возможный метод ручного копирования — через стекло. Запись также легко было монтировать при помощи ножниц и клея, что предоставляло звукорежиссерам беспрецедентную для того времени свободу редактирования.

Ирония судьбы состояла в том, что эта технология, будучи прорывной, столкнулась с стеной бюрократии. Изобретателю Скворцову пришлось вести долгую и упорную борьбу с «тугодумами» из Комитета по изобретениям, которые не желали признавать потенциал «Говорящей бумаги». История сохранила забавный и показательный эпизод: однажды аппарат «заговорил» на заседании Совета народных комиссариатов, выступая в свою собственную защиту. Другой случай чуть не ввел в заблуждение секретаря наркома тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе. Услышав по телефону из лаборатории Скворцова запись голоса своего начальника, секретарь тут же ответил: «Слушаю, товарищ Орджоникидзе!» — что лишний раз доказывало высочайшее качество воспроизведения интонаций.     >>>>

Серийное производство и военные сложности. «Говорящая бумага».

Несмотря на все препятствия, признание на государственном уровне было получено. В 1941 году, ровно через десять лет после начала разработок, технология наконец дошла до серийного производства. Выпуск был налажен на двух предприятиях: установка «УГБ» (Установка Говорящей Бумаги) производилась на Воронежском радиозаводе, а более компактная приставка «ГБ-8» — на Коломенском грамофонном заводе.

«ГБ-8» представляла собой приставку, которую для прослушивания записей необходимо было подключать к любому радиоприемнику, используя его усилитель и динамик, по аналогии с современными проигрывателями винила. К июлю 1941 года Коломенский завод успел выпустить около 700 таких аппаратов. Но начавшаяся Великая Отечественная война кардинально изменила все планы. Коломенский завод был эвакуирован в тыл и перепрофилирован на выпуск раций для танков, а в его помещениях разместили производство мин и взрывателей.

Но удивительно, что история «Говорящей бумаги» на этом не завершилась. В суровых условиях войны, в конце 1944 года, Воронежский завод осуществил массовый выпуск партии в 500 установок «УГБ». Эта установка была полноценным радиокомбайном, в который были встроены радиоприемник «6Н-1», мощный усилитель низкой частоты и выносной громкоговоритель.

После победы в 1945 году производство обеих моделей — и «УГБ», и «ГБ-8» — было окончательно прекращено. «Бумажный век» в аудиотехнике так и не наступил. Причин тому было несколько, и они носили как технологический, так и экономический характер.

Во-первых, в послевоенном мире бурное развитие получила магнитная запись, которая стала международным стандартом. Советскому Союзу, восстанавливающему разрушенное хозяйство, было нецелесообразно развивать абсолютно уникальное, не имеющее аналогов в мире направление, требующее создания собственной инфраструктуры.

Во-вторых, несмотря на все преимущества, у «Говорящей бумаги» были свои недостатки. Бытовые версии аппаратов работали только на воспроизведение, не позволяя делать домашние записи, в отличие от магнитофонов. Кроме того, многоступенчатость и сложность производства аппаратов делали их довольно дорогим удовольствием. Так, в 1941 году при средней зарплате в 354 рубля приставка «ГБ-8» стоила 572 рубля, что относило ее к предметам роскоши.

Комплект электронных ламп включал:

Осветительная лампа: 4-вольтовая киносветовая лампа мощностью 3 ватта Светочувствительный элемент: фотоэлемент марки СЦВ-51 или ЦГ-3 Усилитель сигнала: лампа 6Ж7 Генераторный модуль: лампа 6Ф6 (или ее аналог 6Ф6С) Преобразователь напряжения: лампа 5Ц4 (или 5Ц4С)     >>>>